Исцеление болезней кровеносной системы
ибоу Тебя источникжизни; во свете Твоем мы видим свет. (Псалтирь 35, 8-10) Результаты воздействия ощущаются достаточно бы­стро.
И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды.
И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так.
И назвал Бог твердь небом. И был вечер, и было утро: день второй. (Бытие 1, 6-8) В микрокосме нашего организма водам, упомянутым в рассказе о Втором дне, соответствует кровеносная си­стема. «Разделение вод» отражается в различии между кровью артериальной и венозной; «тверди» (в ориги­нале «ракия» — пространство) соответствует сердечная деятельность. Именно сердце постоянно «разделяет» кровь на насыщенную важными для жизни вещества­ми («верхние воды») — и «отработанную» («нижние воды»).

С кровьютеснейшим образом связан сам нефеш:

.душа тела в крови. (Левит 17,11)
49Само кровообращение совершается благодаря нефешу, непосредственно присутствующему в крови и воздей­ствующему на ее деятельность.

Сама кровь как вещественное начало не идентична нефешу как началу духовному, но теснейшим образом связана с ним в течение всей жизни тела. Библейский стих: «.душа всякого тела есть кровь его, она душа его.» (Левит 17, 14) — точнее следует перевести так: «Нефеш всякой плоти — кровь его, она [кровь] — в не- феше его [находится]».
Ослабление или нарушение связи нефеша с кро­вью и кровообращением вызывает заболевания кро­веносной системы, в том числе — болезни сердца, печени и т.п.

Чем же обусловлены «сбои» во взаимодействии нефе­ша с кровью? Определенные аффекты, эмоциональные состояния воздействуют на нефеш, «возмущая» его и тем сбивая ритмы передачи жизненной энергии хайим от нефеша к кровеносной системе:
Утроба моя! утроба моя! скорблю во глубине сердца моего, волнуется во мне сердце мое, не могу молчать; ибо ты слышишь, душа [нефеш] моя, звук трубы. (Иеремия 4,19) Буквальный перевод приведенного стиха: «Внутрен­ности мои! Внутренности мои! Я болею — стены серд­ца моего! Волнуется во мне сердце мое, не умолчу, ведь звук рога я слышу нефешем моим [или: „в не- феше моем"]».